MВА в переводе на русский

  Радужные перспективы, которые открываются перед обладателем диплома МВА, и невысокая по мировым меркам стоимость обучения делают российское бизнес-образование все более привлекательным. Ежегодно степень МВА получают у нас почти 5 тыс. человек, а количество бизнес-школ в стране за последние три года практически удвоилось. Каковы ожидания слушателей российских программ МВА и насколько ценен отечественный диплом МВА для компаний-работодателей, выясняла корреспондент «Денег» Елена Алеева.

МВА для престижа

Выбор в пользу российской программы МВА (Master of Business Administration) чаще всего обусловлен невысокой стоимостью обучения — в среднем $8-10 тыс. за два года против $40-60 тыс. в ведущих западных бизнес-школах. Немаловажно, что большинство российских бизнес-школ практикуют вечернюю и модульную (очно-заочную) формы обучения, следовательно, учебный процесс не требует от слушателя длительного отрыва от производства. Тем более не имеет смысла уезжать и тратить на западное образование огромные средства, если строить карьеру или бизнес предполагается в России.

По данным опроса, проведенного в ноябре 2005 года компанией Begin Group, более половины слушателей российских бизнес-школ уверены, что иметь степень МВА престижно и что наличие диплома МВА увеличивает шансы устроиться на желаемую работу. По тем же данным, большая часть студентов приходят в российские бизнес-школы, чтобы получить новые знания (72%), а также чтобы систематизировать уже имеющиеся (52%). Развивать при помощи МВА собственную карьеру намерены 55% слушателей, а 45% рассчитывают приобрести полезные связи. 40% студентов российских бизнес-школ — это руководители компаний, 34% — средний менеджмент, 13% — владельцы компаний, 10% слушателей составляют специалисты. Для каждой из перечисленных категорий бизнес-школы предлагают соответствующий курс обучения. Самые популярные программы МВА ориентированы на общий и стратегический менеджмент. Среди специализированных программ востребованы финансовый менеджмент, маркетинг, управление человеческими ресурсами, внешнеэкономическая деятельность и международный бизнес. Главное, на что ориентируются абитуриенты при выборе места обучения, — это имя и репутация бизнес-школы, состав преподавателей и слушателей.

Существующие рейтинги российских бизнес-школ не отражают в полной мере реального положения вещей и на выбор заведения абитуриентом практически не влияют.

Леонид Евенко, президент Российской ассоциации бизнес-образования, ректор Высшей школы международного бизнеса АНХ при правительстве РФ: «Мы должны признать, что у нас нет нормальных рейтингов и нет методик для их составления. Получить правдивые сведения о зарплате выпускников у нас в стране невозможно. Никто не стремится раскрыть эти цифры, и нет никакой уверенности в том, что эти данные будут достоверны, а самое главное — отсутствует репрезентативная выборка». По данным Евенко, примерно 40% слушателей приходят в школы по рекомендации тех, кто учился там раньше.

Валерия Алексеева, менеджер ООО «Пересветлогистик»: «При выборе бизнес-школы я просматривала отзывы о российском бизнес-образовании в интернете и рейтинги, публикуемые в СМИ. На мой взгляд, первое или второе место в рейтинге еще ни о чем не говорит. Поэтому я в большей степени ориентировалась на имидж школы, рекомендации старших коллег и владельцев компании, в которой на тот момент работала».

Виталий Буза, директор по развитию Академии международного учета: «Мое первое и пока единственное образование — факультет журналистики МГУ. И я себя считаю эмгэушником, доверяю только этому брэнду. В любом другом вузе я бы себя чувствовал не в своей тарелке, а начинать с этого учебу мне не хотелось. Может быть, это не самый верный ход и не самый лучший совет другим, но у меня было именно так».

Борис Коноплев, исполнительный директор инжиниринговой компании СК «Технокомплексстрой»: «В свое время я получил хорошее техническое образование, более восьми лет проработал на различных технических должностях и как технический специалист достиг своего потолка — занял пост IT-директора в крупной компьютерной фирме. Для того чтобы управлять людьми, мне катастрофически не хватало знаний по прикладной и социальной психологии, не было понимания, как работает компания в целом, не хватало того, что на Западе называется general vision. Школу я выбирал тщательно, потратил на это около трех месяцев интенсивных исследований. Из десяти вариантов выявил наиболее дорогие и уважаемые бизнес-школы, в каждой нашел одного-двух учащихся. Потом не поленился и посетил отделы маркетинга каждой школы. Если они мне, как будущему слушателю, не могут продать свой образовательный продукт, то чему там могут научить?»

Мнение учащегося, как выяснилось, может кардинально отличаться от мнения выпускника. Критику в адрес собственной бизнес-школы от обладателя диплома МВА практически не услышишь. Ведь если признать, что полученное образование оказалось, мягко говоря, не очень, то получится, что потраченные на него деньги на самом деле были выброшены на ветер.

В защиту МВА

Выбор в пользу именитого учебного заведения, как правило, означает более высокую стоимость обучения (до $16 тыс.). Абитуриенты часто ориентируются именно на эти цифры, увязывая их с качеством образования. Между тем приемлемый уровень обучения во многом обеспечивается сильным реподавательским составом, что для большинства российских бизнес-школ остается самым больным вопросом.

Преподавателей, способных работать на программах МВА, мало, и обучать бизнесменов-практиков становится все сложнее. По признанию Леонида Евенко, несмотря на постоянное повышение стоимости обучения, средств на то, чтобы держать в штате высококвалифицированных преподавателей, не хватает. «Преподавателю в месяц надо платить $3-4 тыс. Лучшие столько и получают, но при этом они действительно вкалывают. Востребованный профессор носится по городу и читает в различных школах свой курс, ему просто некогда сидеть на месте. Мы не в состоянии держать младший преподавательский состав и разворачивать исследования, как это делают западные бизнес-школы. Материально-техническая и библиотечная базы серьезно отстают от западных стандартов. Все это, конечно, сказывается на качестве», — говорит Евенко. Еще один немаловажный аспект — отбор слушателей на МВА-программы. Разнородность аудитории не способствует эффективности обмена опытом, на которую как раз и должны быть ориентированы программы бизнес-школ. Если при поступлении в западное заведение серьезные намерения абитуриента должны быть подкреплены рекомендациями, эссе, а также несколькими экзаменами, то у нас с конкурсным отбором дела обстоят совсем иначе. Даже в школах-лидерах признают, что отбор на программы у них был введен всего полтора-два года назад.

Сергей Мясоедов, ректор Института бизнеса и делового администрирования АНХ при правительстве РФ: «Ситуация с конкурсным отбором на программы МВА у нас примерно такая же, как в заштатных западных бизнес-школах: вас возьмут сразу, как только вы заявите, что готовы заплатить. Исключение составляют всего две-три школы».

Стоит также напомнить, что приобретенные знания имеют обыкновение быстро улетучиваться, если не находят применения на практике. И это одна из причин, по которым выбор программы обучения необходимо делать с учетом уже имеющегося опыта.

Игорь Хухрев, генеральный директор рекрутинговой компании АНКОР: «Я считаю, что бизнес-образование необходимо получать только тогда, когда уже накоплены опыт и знания практического менеджмента. Только тогда можно критично отнестись к тому, что говорят преподаватели. MBA — не панацея, а всего-навсего подручное средство. Не стоит думать, что образование поможет решить вопросы карьеры или статуса, иначе можно получить прямо противоположный результат».

Известны случаи, когда выпускники бизнес-школ, набравшиеся знаний о стратегическом управлении, пытаются объяснить руководству компании, что и как следует делать, или, вступив в должность, берут на себя смелость «радикально улучшить» работу компании. Как правило, горе-теоретика удается вовремя нейтрализовать (дело доходит до увольнения), но бывает, что компания под таким натиском просто разваливается.

МВА для знаний

Получение степени МВА многим представляется единственной возможностью продвинуться по карьерной лестнице. Любопытно, что некоторые учащиеся настолько быстро обрастают полезными связями, что меняют место работы уже во время обучения, а иные умудряются сделать это дважды.

Опрос слушателей школ на предмет ожидаемого уровня дохода после окончания программы МВА показал, что эти прогнозы весьма оптимистичны. Большинство респондентов уверены, что повышение зарплаты составит 25-50%. Такую возможность для себя не исключают 50% опрошенных специалистов, 37% топ-менеджеров и 31% менеджеров среднего звена.

Однако эту уверенность разделяют далеко не все компании-работодатели. По мнению HR-директоров, выпускники бизнес-школ — люди с завышенными зарплатными ожиданиями.

Александр Костиков, директор по связям с общественностью ОАО «Лебедянский»: «Среди претендентов на должность начальника коммерческой службы мы рассматривали кандидатов с дипломом МВА, но они не были объективно сильнее тех, у кого такой диплом отсутствовал. Мы не считаем наличие диплома МВА весомым аргументом в пользу кандидата, для нас гораздо важнее квалификация и способность вписаться в команду».

По сведениям Игоря Хухрева, некоторые компании считают, что наличие диплома MBA у соискателя — это скорее минус: амбиции большие, а знание реальной практики отсутствует. В некоторых случаях степень MBA рассматривается работодателем просто как оценка интеллектуального уровня кандидата, а не как показатель высокой профессиональной ценности.

Елена Мурашова, директор по персоналу корпорации «Эконика»: «Наличие степени МВА при приеме на работу дает соискателю дополнительное преимущество, поскольку свидетельствует о его целеустремленности, желании профессионально расти, развиваться и получать новые знания. И здесь для нас не слишком важно, о российской или зарубежной школе МВА идет речь. Возможно, когда мы будем активнее осваивать рынок, западный диплом МВА станет более весомым аргументом в пользу претендента на ту или иную должность. Пока же для нас гораздо важнее его реальные знания и опыт их применения».

Юрий Вировец, гендиректор Headhunter.ru: «По нашей статистике, за последнюю неделю по запросу „MBA“ было 18 просмотренных HR-менеджерами резюме. Для сравнения: по запросу „бухгалтер“ — 1800. Работодатели, как правило, ищут сотрудников по функционалу, соискатели же теперь значительно чаще указывают в своем резюме наличие степени MBA: 4,92% всех соискателей Headhunter.ru в январе 2006 года против 0,82% по данным января прошлого. Это связано с ростом числа выпускников МВА в России и, возможно, объясняется еще и тем, что большинство выпускников школ МВА впитали западную культуру грамотной самопрезентации».

О соискателях со степенью МВА сформировалось еще одно нелестное мнение: эти люди оказываются недостаточно лояльными компании, в которой работают. Впрочем, согласно опросам Begin Group, доля желающих сменить место работы после получения диплома уменьшилась с 50% в 2004 году до 38% в 2005-м. Доля студентов, которые собираются сохранить профиль деятельности, наоборот, выросла за тот же период с 37 до 46%.

В целом организации-работодатели положительно относятся к получению дополнительного бизнес-образования. Многие корпоративные университеты российских компаний имеют собственные программы МВА на основе существующих курсов бизнес-школ. Обучаться по такой программе сотрудники компании могут бесплатно.

МВА для карьерного роста

Впрочем, повышенного интереса к выпускникам российских МВА-программ компании-работодатели пока не проявляют.

Леонид Евенко: «Зачастую люди не знают реальности и ждут от наших бизнес-школ того же, что и от ведущих школ мира. Пусть до Harvard и Wharton мы не дотягиваем, но со средними школами Запада уже сравнялись».

Несмотря на многие недостатки отечественного бизнес-обучения (и слушатели, и руководители бизнес-школ отмечают избыток академичности, недостаточный объем case studies и отраслевых исследовательских проектов), российские школы МВА в целом справляются со своей задачей. Возможно, российскому бизнес-образованию пока недостает истории и традиций, но перспективы у него неплохие.

Не секрет, что в 2001 году на Западе отмечался спад интереса к программам МВА — спрос на выпускников бизнес-школ снизился, а их зарплаты уже с трудом покрывали огромные расходы на образование. Нам, похоже, такое не грозит — Россия наряду с Китаем и Индией вошла в число стран, где бизнес-образование уверенно набирает обороты. Впрочем, по мнению Сергея Мясоедова, несмотря на большое количество бизнес-школ и программ МВА, настоящей конкуренции в сфере бизнес-образования в нашей стране пока не наблюдается. «Устойчивый спрос со стороны слушателей означает, что эти программы нужны. Люди не стали бы тратить время и деньги, если бы это обучение не помогало им в карьере», — утверждает Сергей Мясоедов.

Прямая речь. Чего не хватает российскому МВА?

Арташес Терзян, управляющий партнер, член совета директоров ИБ «Траст»:

— В первую очередь истории систематического успеха в подборе и подготовке выпускников. Не хватает сложившихся традиций и острой конкуренции, только благодаря которой могут возникнуть школы мирового уровня. Чем отличается «корочка» MBA Harvard Business School от выданной каким-нибудь заштатным учебным заведением, если учебные курсы у них практически идентичны? В первую очередь Harvard только в силу своего брэнда имеет возможность выбирать лучших из лучших практически со всего мира, и, таким образом, MBA Harvard — это своего рода знак качества выпускника. Тот же Harvard имеет возможность привлекать лучший преподавательский состав, приглашать в качестве гостей лидеров и звезд бизнеса, политики и т. д., прививая своим выпускникам вкус принадлежности к элите. Таким образом, выпускник не только приобретает билет на получение самого престижного трудоустройства, но и круг знакомств с такими же радужными перспективами, а это только усиливает для него вероятность успеха.

Игорь Хухрев, генеральный директор рекрутинговой компании АНКОР:

— Российское бизнес-образование не только сталкивается с теми же проблемами, что и западное, но и приумножает эти проблемы. Дефекты российского бизнес-образования приводят к тому, что большая часть знаний, полученных слушателями на лекциях, не будет иметь никакого отношения к повседневной практике. Бизнес-образование должно быть ближе к бизнесу, а у нас оно, как и образование в целом, оказалось оторванным от текущих потребностей общества. Правильнее было бы формировать бизнес-школы не на базе учебных заведений, а на базе консалтинговых компаний, которые могут использовать свою практику для формирования содержательной части программ.

Сергей Леонтьев, президент Пробизнесбанка:

— Прежде всего недостаточный уровень отечественного МВА определяется отсутствием фундаментальной и практической базы. На Западе банально есть школа менеджмента с огромным количеством опробованных на практике идей и теорий. Не стоит забывать и о методике преподавания, и о специфических моделях поведения. Западный МВА — это, по сути, практический тренинг для предпринимателей и топ-менеджеров, топливо для развития и роста их компаний. К сожалению, в России МВА все еще остается на уровне курсов повышения квалификации для менеджеров среднего звена.

Вячеслав Прокофьев, главный редактор Headhunter Magazine:

— Критики называют западные школы клонами друг друга. Тогда у нас получается клон клона, а вернее всего — мутант, образовательный Франкенштейн, собранный из самых разных кусков мертвечины и начисто лишенный связи с реальной жизнью. При сохранении такой модели развития никакие инвестиции не помогут нашим бизнес-школам стать по-настоящему полезными для их студентов и российской экономики. Бизнес-школы часто формируют у студентов ни на чем не основанное сознание своей исключительности и чрезмерную уверенность в своих силах. Это особенно плохо, если учесть, что на MBA-программы часто принимаются люди, не имеющие никакого управленческого опыта.

Владимир Гурдус, первый заместитель генерального директора, исполнительный директор компании РОСНО:

— Принципиально — всего хватает. Единственное пожелание: проводить более тщательный конкурсный отбор. МВА более эффективно, если позволяет систематизировать уже существующие практические навыки. И для человека, и для компании полезнее, если человек прежде понюхал пороху, а уже после получил необходимые теоретические знания.

Павел Безручко, исполнительный директор компании «ЭКОПСИ Консалтинг»:

— Российской системе МВА пока не хватает прозрачности, ясных критериев качества обучения и систематического рейтинга, проводимого надежными независимыми организациями. Качество российского МВА сильно разнится — есть примеры весьма прогрессивных программ, а есть откровенное выкачивание денег из слушателей. На Западе уже давно существует в целом валидный способ судить о качестве обучения — это рейтинги бизнес-школ. В России в отличие от Запада пока еще нет процесса объективной сторонней оценки качества бизнес-образования. В результате потенциальному российскому студенту очень сложно выбрать бизнес-школу.

Дмитрий Гольтвегер, заместитель директора департамента HR-консалтинга КГ «Борлас»:

— Российскому MBA прежде всего не хватает практической составляющей. Если западное бизнес-образование фактически натаскивает управленца на решение стандартных управленческих задач, то российское лишь систематизирует существующий практический опыт и дает знание теории. Здесь речь идет и о крайне небольшой доле преподавателей-практиков — в среднем 1:10, и о недостаточной продолжительности курсов для того, чтобы приобрести стандартные практические навыки.

Сергей Мясоедов, ректор Института бизнеса и делового администрирования АНХ при правительстве РФ:

— Признания делового сообщества и государства. Со стороны делового сообщества нет понимания, что программы МВА — это не второе высшее, а самостоятельное образование, которое ориентировано не на получение фундаментальных знаний по менеджменту, а на практику и карьеру. Со стороны государства российскому бизнес-образованию требуется дальнейшая легализация. До сих пор в нашем законодательстве нет таких терминов, как «бизнес-образование» и «бизнес-школа», вследствие чего огромный сегмент, ориентированный на развитие и поддержание делового сообщества, регулируется через правовое поле первого высшего образования. Это создает множество проблем. В итоге все существующие бизнес-школы формально вынуждены называться факультетами. А если мы факультет, значит, должен быть декан и академические требования по расчасовке. И значит, преподаватели должны нести соответствующую нагрузку, использовать учебники, рекомендованные Министерством образования для студентов. Традиционная профессура не занимается консалтингом, а мы обязаны иметь с штате преподавателей-профессоров и при этом обеспечить их нагрузкой. Для студентов первого высшего они годятся, но наши слушатели за кабинетных теоретиков денег платить не будут. Поэтому, чтобы сохранять конкурентоспособность, нам приходится постоянно лавировать.

Виталий Буза, директор по развитию Академии международного учета:

— Российскому МВА не хватает той пафосности и ореола святости, которым окружен МВА западный. Но, на мой взгляд, это проблема не столько качества образования, сколько престижа. Методики российских бизнес-школ все равно переведены и переписаны с западных. Пусть с некоторым опозданием, но преподают там то же самое, только дешевле и по-русски.

 

По материалам компании "АНКОР"